a64408b1     

Блохин Николай - Балтийская Песня



Николай Блохин
БАЛТИЙСКАЯ ПЕСНЯ
- Армянскому радио задают вопрос: "Что общего между женской ножкой и
телебашней?" Армянское радио отвечает: "Чем выше лезешь, тем больше дух
захватывает!"
- Ха-ха-ха!
- А вот ещё: приходят русский, француз и американец к ювелиру...
- Это я знаю...
- Тогда такой: в ракетной части ждали генерала c инспекцией...
- Товарищи, тише, я с Киевом разговариваю. Идите в курилку... Алло! Это
украинское отделение?.. Мне Дудина, пожалуйста!.. Алло! Дудин? Здравствуй,
Дудин, это Седловский беспокоит... Ага... Ага... Хорошая, а у вас?.. Всё
дожди?.. Дожди, говорю?.. Ага... Вот, что, Юрий Иваныч, тут с нашим
проектом какая петрушка получилась. Мы хотим задним числом внести
кое-какие изменения... Что?.. Да, да, задним, задним! И по одному вопросу
твоё мнение желательно...
- Вихри враждебные веют над нами, тёмные силы нас грозно гнетут. В бой
роковой мы вступили с врагами...
- Наташа, сделайте радио тише, я с Киевом разговариваю... Дудин?.. Там в
линейной части есть перечень импортного оборудования...
- На бой кровавый, святой и правый, марш, марш, вперё-о-од, рабочий народ!
- Наташа, выключи к чёрту своё радио!
- Что вы кричите, оно и не включено вовсе!
- На бой кровавый, святой и правый...
- Иван Григорьич, это на улице.
- Не валяйте дурака... Нет, Юрий Иваныч, это я не тебе... Нашёл перечень?
Смотри листы с третьего по восьмой... По восьмой, понял?
- Иван Григорьич, по улице матросы идут!
- Стой, братва! Заходим в учреждение. Культурно прошу, не хулиганить,
соблюдайте революционную дисциплину!
- Ну, давай, Дудин! Завтра жду от тебя телетайпограмму с твоим согласием.
Ну, давай! Что?.. Да тут пьяные горланят на улице... Ну, давай... ну,
давай... Ага... Ну, пока!
Дверь в комнату резко распахнулась, и на пороге появился невысокий усатый
гражданин в чёрном бушлате, перекрещенном пулемётными лентами. На
бескозырке его горела золотая надпись "Амуръ". За ним в комнату втиснулись
ещё двое матросов. Запахло махоркой, потом.
- Я извиняюсь, граждане. Однако, придётся вам помещение очистить... Здесь
вас больно много собралось...
- Этого ещё не хватало! Маскарад какой-то... Наташа, вы что-нибудь
понимаете?
- Посторонись, комиссар, - раздался спокойный голос, дверь отворилась, и в
комнату, не торопясь, продвинулись ещё два матроса, волоча за собой чёрный
старинный пулемет "максим".
"Народный театр? - подумал Иван Григорьевич. - Кино снимают?"
Нет, это не было похоже на киносъёмку. Матросы уверенно подкатили "максим"
к окну, хладнокровно выбили стекло из громадной дюралюминиевой рамы,
выставили пулемёт в сторону площади.
"Позвонить директору?" - вспомнил Иван Григорьевич и потянулся к телефону.
- Не трогать! - на трубку легла тяжёлая, короткопалая, густо покрытая
татуировкой рука. - Я тебе позвоню, буржуйское отродье!
- Кто вы такие? - взвизгнул Иван Григорьевич. - По какому праву?
- А вот по какому, - и перед носом Ивана Григорьевича возникло почерневшее
дуло маузера. - Вон отсюда!
Сотрудники отдела гуськом вышли в коридор. Там витал густой махорочный
дым, раздавались взрывы хохота. Матросы чувствовали себя как дома. В
сторонке тихо покуривали проектировщики из соседнего отдела. Иван
Григорьевич решительно шагнул к ним.
- Кто мне может объяснить, что случилось? Что это за матросы, и вообще,
что тут творится?
Кто-то с готовностью объяснил:
- Можно предположить только одно, Иван Григорьевич. По-видимому, какая-то
ерунда произошла со временем. Петля временная, что ли? Эти ребят



Назад